Летом 1941 года на западных рубежах СССР сотни тысяч солдат Красной Армии столкнулись с проблемой – чем бороться с немецкими танками? 22 июня немецкие танковые группы, войдя в бреши, пробитые для них артиллерией, авиацией и пехотой, преодолели десятки километров территории СССР. Оставляя в тылу разбитые или дезориентированные советские части, они мчались вперед, перерезая и захватывая коммуникации.
В бой с ними все чаще приходилось вступать разрозненным пехотным частям, легковооруженным пограничникам, милиционерам, ополченцам, десантникам. С первых же дней войны катастрофически не хватало оружия. Склады, сосредоточенные у границы, сразу оказались уничтожены или захвачены противником. Подвоз оружия с уцелевших складов затруднялся из-за неразберихи и заторов на дорогах. Поэтому у пехоты часто не было даже противотанковых гранат.
Но в оборонявшихся частях сражались солдаты и командиры, прошедшие школу Испанской войны и зимней Финской кампании. Они сразу вспомнили о бутылках с зажигательной смесью, и уже в первую неделю боев «стеклянная артиллерия» Красной Армии нанесла танковым войскам Вермахта значительный урон.
Принято считать, что использовать бутылки с зажигательной смесью первыми начали солдаты армии генерала Франко во время Гражданской войны в Испании 1936–1939 годов. Они использовали смесь на основе бензина. Бутылку затыкали пробкой, обмотанной паклей, которую солдат должен был поджечь перед броском в цель. Почти одновременно с франкистами это оружие начали использовать и республиканские войска.
Первые танки работали на бензиновых двигателях, которые иногда даже самовозгорались. Поэтому такое средство борьбы с ними было эффективным. Основным уязвимым местом танка для бутылки с зажигательной смесью была решетка воздухозаборника моторного (моторно-трансмиссионного) отделения. Горящий бензин проникал в двигатель, что приводило к пожару внутри танка и детонации боекомплекта.
Следующими войнами, где применение бутылок с зажигательной смесью стало массовым, были советско-японский конфликт на Халхин-Голе и советско-финская война 1939–1940 годов. Во время второго военного конфликта бутылки с зажигательной смесью получили свое современное название – «коктейль Молотова». Это название бутылкам с зажигательной смесью дали финские журналисты, окрестив их так в честь Вячеслава Михайловича Молотова, совмещавшего во время войны посты председателя Совнаркома (премьер-министра) и министра иностранных дел СССР. Финские солдаты называли их «горящими бутылками». Название «коктейль Молотова» в частях Красной Армии да и вообще в русском языке до недавнего времени почти не использовалось – этот термин пришел к нам в конце 80-х годов прошлого века из западноевропейской и американской прессы.
Изготовление на Тульском ликероводочном заводе бутылок с зажигательной смесьюИсточник – www.kp.by («Комсомольская правда – Беларусь»)
Несмотря на опыт трех войн, командование РККА и руководство СССР не придали особого значения бутылкам с зажигательной смесью. Все исправила война. Получив уже в июне 1941 года первые доклады об эффективности «стеклянной артиллерии», как ее любило называть советское командование, Государственный Комитет Обороны СССР 7 июля 1941 года издал постановление, которым обязал соответствующие промышленные наркоматы (министерства) производить 120 тыс. бутылок ежедневно.
В бутылки заливались горючие смеси №1 и №3, сделанные на основе бензина, керосина, лигроина и порошкового загустителя ОП-2 на основе нафтената алюминия – при горении эта смесь давала температуру в 800 °С. Розливом зажигательной смеси в бутылки занимались ликероводочные и пивные заводы. Использовались бутылки емкостью 0,50, 0,75 литра и даже литровые. На бутылку одевались два резиновых кольца, которые прижимали и держали зажигательный комплект из двух запалов – химических спичек и одной терки для них. Вместо этикетки на бутылку наклеивалась памятка по ее применению, хотя иногда на заводах случались накладки, и тогда в немецкие бронированные машины летели бутылки с этикетками «водка», «пиво» или «вино».
На протяжении всей войны «стеклянная артиллерия» совершенствовалась. Если первые самодельные «бутылки» воспламенялись от тряпок, смоченных в бензине, которыми обматывались их горлышки, то в произведенных промышленным путем появился спичечный запал. С августа 1941 года начинает применяться более надежный химический запал: под резиновыми кольцами крепилась ампула с серной кислотой, бертолетовой солью и сахарной пудрой. Эта смесь была изобретена еще Николаем Кибальчичем – одним из революционеров-народовольцев, впоследствии казненных за подготовку и реализацию убийства русского царя Александра ІІ. Смесь воспламенялась при контакте содержимого ампулы с содержимым бутылки. Для гарантии воспламенения по периметру бутылки крепили сразу по четыре таких ампулы.
Совершенствовался и химический состав самой смеси. Вершиной эволюции зажигательных смесей была самовоспламеняющаяся жидкость КС. Это был раствор темно-бурого или желто-зеленого цвета, содержащий сероуглерод, белый фосфор и серу. Интересно, что из-за наличия серы раствор имел запах тухлых яиц. При горении, которое могло длиться до трех минут, достигалась температура в 1000 °С и выделялся слепящий едкий дым белого цвета.
На фронте смесь КС называли по-разному. Из-за бурого цвета – «коньяком старым». Из-за опасности самовоспламенения – «коктейлем смерти» или же «коварной смесью». Для предупреждения непроизвольного возгорания КС сверху в бутылку на нее наливались тонким слоем вода и керосин, а пробка тщательно герметизировалась. Но оружие есть оружие – были пострадавшие и от бутылок с КС.
Ампулы с КС также использовались в качестве запалов для бутылок с зажигательными смесями, сделанными на основе бензина и других не самовоспламеняющихся горючих веществ.
В наше время против танков, оснащенных средствами противорадиационной и противохимической защиты, бутылки с зажигательной смесью бесполезны. Но они все еще могут быть эффективными в борьбе с легкобронированной техникой, особенно открытого типа.
